Свято-Троицкий вестник
Документы Шестого Всезарубежного Собора РПЦЗ
О церковной прессе и веб-сайте "Интернет-Собор"
Доклад, прозвучавший 11 января 2017 года на Шестом Всезарубежном Соборе РПЦЗ и дополнение к докладу


Предсоборная комиссия поручила мне подготовить доклад о церковной прессе и в частности о деятельности трибуны митрополита Агафангела Интернет-Собор. Что позволило мне взяться за эту тему? 30 лет своей жизни я провел в прессе, из них 18 лет – в старейшей газете русской иммиграции – «Новом русском слове». После того, как газета, отметив столетие,  закрылась, я работаю на нью-йоркском радио.
В адрес журналистики нередко слышны упреки в зависимости от тех, кто оплачивает ее услуги. Нередко эти упреки справедливы. В идеале задачей журналистики является сбор достоверной информации и ее беспристрастный анализ. Вместо этого мы часто сталкиваемся с дезинформацией, целью которой является захват и удержание власти. К какому же типу средств информации является трибуна митрополита Агафангела Интернет-Собор? Этот сайт, как мы знаем, прославился среди церковных изданий проведением острых дискуссий, как на темы отвлеченные, так и на актуально-политические.
В качестве отвлеченной темы я бы привел полемику, вызванную кощунственными измышлениями писателя Вячеслава Демина о природе свастики и роли Гитлера в мировой истории. Первоначально статьи Демина появились на сайте московского прихода Новомучеников и исповедников российских – о. Валерия Леоничева, но полемика выплеснулась и на Интернет-Собор и на сайт Русской идеи, главный редактор которого – известный православный публицист Михаил Викторович Назаров выступил в качестве главного критика Демина.
Плоды этой полемики известны. Московский приход раскололся и часть прихожан, поддержавшая Назарова, покинула его. Назаров, который перенес свою критику с Демина на покровительствовавшего ему отца Валерия, а затем и на митрополита, был также отлучен от Церкви.
Политические дискуссии были вызваны государственным переворотом на Украине, последовавшей войной и оценками России и русского народа в контексте текущих событий. Эти дебаты завершились в конце 2014 года уходом из под омофора митрополита Агафангела группы российских приходов, окормляемых двумя епископами и десятком священнослужителей. Об этом есть сообщение в блоге о. Сергия Кондакова. Речь шла приблизительно о двух тысячах мирян – огромной потере – с учетом того, насколько невелика численно РПЦЗ (А).
То, что обе дискуссии не пошли на пользу Церкви, было очевидно и рядовым мирянам и одесскому Синоду.
Интересным документом в этом плане является протокол апрельского 2015 года заседания Синода, где говорится:   
«Идет атака на веб-сайт «Интернет-Собор», собирались подписи за его закрытие. Когда-то Председатель задумывал этот сайт как общедоступный интернет-ресурс, через который можно было бы осуществлять информационную поддержку нашей Церкви, в том числе, в случае гонений на наши приходы. В этих целях необходимо было бы, чтобы он представлял достаточную широту мнений, включая материалы от представителей других юрисдикций. Теперь, после известных скорбных событий, на «Интернет-Соборе» помещаются материалы преимущественно внутрицерковного характера. Это привело к относительному успокоению вокруг сайта, но посещаемость его упала в три раза и не растет. В случае гонений, этот веб-ресурс не сможет уже обеспечить необходимой информационной защиты».
То есть логика защитников Интернет-Собора такова: сайт нужен как важный информационный источник, но эффективность его работы зависит от посещаемости. А высокой посещаемости можно добиться представляя достаточную широту мнений.
Обеспечение «достаточной широты мнений» следует понимать, как публикацию провокационных материалов. Таких как произведения православного гитлериста Демина или материалы, которые за пределами Украины, воспринимаются как русофобские.
Что тут обращает внимание.
Первое – готовность Председателя, который является непримиримым борцом с экуменизмом и теперь – схизмо-экуменизмом, открыть на своем сайте трибуну для представителей других юрисдикций.
Второе – заявления митрополита о политическом нейтралитете и публикация материалов, вызывающих обвинения в русофобии. В этом плане хорошо известен его текст «Откуда опасность» (ИС – 11.29.14) о том, откуда может придти Антихрист. В списке стран – Россия.
Третье – зачитанный мной абзац о критике Интернет-Собора удален из версии протокола, размещенной на официальном сайте РПЦЗ. Я нашел его в полной версии протокола на епархиальном сайте владыки Софрония.
Стремление администрации Интернет-Собора поднять его посещаемость – понятно, но любой здравомыслящий человек увидит, что публикация провокационных материалов ведет к разрушению Церкви.
Что же тогда главное для главного редактора сайта?
Не далее как в сентябре 2016 года на ИС появилась новая статья о. Валерия Леоничева под заголовком: «Перед своим уходом президент Обама легализовал сатанизм на государственном уровне». Это сообщение является совершенно абсурдным вымыслом. Президент  Обама такого закона не подписывал, а до этого Конгресс США, соответственно, такой законопроект не рассматривал. Вымысел Леоничева, подхваченный ИС, абсурден, поскольку Первая поправка конституции США запрещает Конгрессу издавать законы, относящиеся к установлению какой-либо религии.
Ощущение такое, что единственной целью этой публикации была очередная дискуссия, с очередным раскалыванием аудитории на своих и чужих. В первую очередь – во взбунтовавшейся Америке, президент которой якобы узаконил сатанизм.
Учитывая разрушительный опыт деятельности Интернет-Собора, многие в Церкви считают необходимым исключить из приходских, епархиальных и синодального сайтов дискуссионные материалы. В качестве примера такого сайта может служить «Западно-Европейский Вестник» на сайте «Карловчанин». И открытые счетчики Карловчанина показывают, что появляющиеся на нем материалы обычно просматриваются от тысячи до трех тысяч раз. Стабильность показателя «хитов» говорит о стабильности аудитории и ее доверии. Но такие сайты как «Карловчанин», не остановят дискуссии на персональных блогах и в социальных сетях, как, например, в «Живом Журнале».
Должна ли Церковь оставаться в стороне от политических дискуссий?
За ответом можно обратиться к опыту прошлого. Мировые катаклизмы, какими был большевистский переворот в России или Вторая мировая война, не позволяли Церкви целиком оставаться в стороне от процессов, в которые была вовлечена ее паства. То же можно сказать и о нашем времени. Российско-Украинский конфликт не обошел стороной Церковь, которую посещают и русские и украинцы. Вопрос в том, как вести разговор об их общей беде, чтобы ни те ни другие не потеряли ощущения того, что Зарубежная церковь – их общий дом.
Для этого, видимо, требуется соблюдение самой обычной журналистской этики. И, независимо от обстоятельств – войны или мира, – эта этика прежде всего предполагает то, что оппонентам предоставляется возможность участвовать в разговоре на равных правах. Без этого не доберешься до истины.
Для митрополита Агафангела такого правила нет. Будучи главным редактором Интернет-Собора, он может бичевать своего оппонента сколько пожелает, не давая тому возможности отвечать ему прямо. А если ответ и проскакивает на страницу Интернет-Собора, то он затем исправно удаляется.
Отрезанные от разговора на ИС пытаются продолжить полемику на других сайтах, но сталкиваются с тем, что митрополит либо игнорирует их, либо отвечает выборочно, обходя те пункты обвинений, на которые ему ответить нечего.
В качестве примера я хочу привести отражение в церковной прессе конфликта Митрополита Агафангела с приходским советом Свято-Троицкого прихода в нью-йоркской Астории. Этот конфликт стал переломным в отношениях Одесского Синода с двумя большими епархиями.
Напомню кратко о причине конфликта. После ухода из жизни о. Всеволода Дутикова – в сентябре 2015 года, митрополит игнорировал многочисленные просьбы приходского совета о назначении настоятелем о. Дмитрия Добронравова и назначил на вакансию о. Владимира Петренко из Бразилии. Совет объяснял митрополиту, что у прихода нет возможности содержать семью священника (из четырех человек), который не в состоянии поддерживать себя, хотя бы частично, гражданской профессией. Были и другие причины, но основной была нависшая над приходом совершенно реальная угроза банкротства. Митрополит игнорировал все доводы совета и, приехав на общеприходское собрание, предпринял попытку провести в совет  своих сторонников. Эта попытка провалилась. Тогда, вернувшись в Одессу, он на майском 2016 года заседании Синода открыто объявил, что в приходе можно навести порядок, вышвырнув из него тех, кто мешает ему. Для этого он оклеветал члена приходского совета Ларису Янг и отца Дмитрия Добронравова.
В приходе узнали об этом из отчета присутствовавшего на заседания Синода о. Олега Миронова.
Приходской совет тогда обратился к митрополиту с письменнной просьбой объяснить свои слова. Ответа снова не последовало, но последовали карательные меры.     
В июне 2016 года митрополит отлучил от причастия двух членов приходского совета, так объяснив свои действия на Интернет-Соборе:
«О. Владимир позвонил по телефону Вадиму Ярмолинцу накануне своего запланированного визита на Престольный праздник, и в ответ услышал обещание вызвать полицию, если он посмеет приехать, и даже угрозы своей жизни и здоровью. Подобных запугиваний настоятеля я еще не встречал в нашей Церкви. Видя такое, о. Владимир, посоветовавшись со мной, решил отменить визит ради того, чтобы не ставить под угрозу приходской праздник.
Таким образом, в действиях членов приходского совета Ларисы Янг (она задает главный тон на его заседаниях) и Вадима Ярмолинца имеет место бунт против настоятеля, Правящего архиерея и Архиерейского Синода, назначившего настоятеля. То есть, открытый бунт против нашей Церкви».
Это заявление, по сей день находящееся на Интернет-Соборе, – является не только клеветой, но и образцом того, как можно уничтожать репутацию людей, не давая им возможности ответить на серьезные обвиния. А обвинение очень  серьезное: угроза жизни в США является уголовным преступлением.
Угрожали ли жизни отца Владимира или нет – мог бы прояснить сам о. Владимир. Но он дважды отказался ответить на этот вопрос. Он не ответил ни на письмо Свято-Троицкого приходского совета, ни на аналогичную письменную просьбу Предсоборной комиссии.
История о том, как были оклеветаны и отлучены от причастия два члена Свято-Троицкого приходского совета была детально описана в публикациях на сайте «Портал Кредо» и в блоге о. Сергия. Тем не менее, митрополит заявил с трибуны Интернет-Собора, что его оппоненты не могут  предъявить ему ни одного серьезного обвинения.
Я повторюсь: угроза жизни, может быть объектом уголовного расследования. Равно, как и сознательная клевета с целью присвоения «имущественного чемоданчика». Так митрополит назвал приходское имущество.
То же можно сказать и о многократно прозвучавшей со страниц ИС лжи о том, что Свято-Троицкий приходской совет выселяет овдовевшую матушку Ирину Дутикову на улицу.
Метод, которым пользуется митрополит Агафангел, хорошо описан одним из лучших в мире мастеров пропаганды – Йозефом Геббельсом: «Мы добиваемся не правды, а эффекта».
Эффект – налицо. Даже те, кто не являются слепыми сторонниками митрополита, даже его критики, повторяют его слова о том, что выдвинутые против него обвинения носят характер недовольства его действиями в административной сфере.
Не далее как в декабре 2016 года М.В. Назаров пишет на своем блоге в обращении к предсоборной комиссии VI Всезарубежного Собора: «...предъявляемые Комиссией первоиерарху всего лишь административные причины разногласий не выглядят для многих членов РПЦЗ-А убедительным основанием для требования к нему сложить с себя полномочия первоиерарха».
Скажите после этого, что метод повторения лжи и изолирования оппонентов не работает.
А в реальности наши претензии выходят за рамки административных, более того, – они совпадают с обвинениями, которые выдвигает митрополиту и сам Назаров – в нарушениях канонов и нравственных норм, за которыми может скрываться отсутствие страха Божия, то есть – неверие.
Вот каковы последствия произвола прессы, в данном случае – Интернет-Собора и его главного редактора.
Еще одним условием редакционной работы, является соблюдение самых обычных норм приличий. На Интернет-Соборе видно, как авторы комментариев легко переходят с темы разговора на ерничество и оскорбления. Этому способствует использование псевдонимов, оскорбляй кого хочешь и как хочешь, как с тебя спросить?
Может ли митрополит, являющийся администратором ИС, следить за соблюденнием приличий на своем сайте? Он не просто может это делать, он сам создал правила для соблюдения этого условия на архиерейском соборе РПЦЗ в мае 2014 года и соответственно должен быть их первым исполнителем.
В соборном «Постановлении о правилах ведения дискуссий в общедоступных информационных ресурсах» есть такие слова: «На всеобщем обозрении могут, и даже должны, рассматриваться вопросы общего содержания, в которых не порочится честь и достоинство кого бы то ни было из наших собратий во Христе. Вопросы, так или иначе касающиеся личности, могут оглашаться только во внутренней переписке, без доступа к ней посторонних».
Вымышленная история о том, как член приходского совета угрожал лишить жизни своего собрата во Христе, была предана митрополитом огласке безо всякого суда и следствия и, естественно, без предоставления обвиняемому возможности защитить себя. Равно, как и история об изгнании матушки Ирины на улицу.
О каких нормах ведения дискуссий может идти речь, если автор правил по их соблюдению первым же их и нарушает? 
Митрополит не делает ничего, чтобы отфильтровать из начатой им дискуссии злобу, оскорбления и клевету. Человек, не лишенный чувства собственного достоинства, членом такого дискусионного клуба долго оставаться не будет. И действительно, список постоянных участников этих дискуссий невелик и не меняется: монахиня Вера, иеромонах Никандр, Евгений, еще некто по имени Метод. Несколько человек, включая самого митрополита, пользуются коллективным псевдонимом «Интернет-собор». С завидной сплоченностью этот коллектив авторов поносит оппонентов своего босса.
И снова возникает вопрос: какова цель этих дискуссий, если итог любой – предсказуем – разрушение церкви?
Всякий доклад должен, наверное, завершаться выводами о том, как приспособиться к новым требованиям нашего высоко-технологичного времени. Все мы хотим жить по четким инструкциям, созданным для нас умными и доброжелательными пастырями.
С уверенностью можно рекомендовать лишь одно: если владельцы сайта решают открыть на нем дискуссионный блог, то использование псевдонимов на нем недопустимо. Люди, причащающиеся из одной чаши, люди принадлежащие к одной церковной общине, где бы ни  находились ее приходы, не должны скрываться друг от друга. Основой здоровых отношений в семье, в приходе, во всей церкви является доверие. Если эти люди таят что-то, если они преследуют личные цели, им не место в церковном разговоре.
Говоря об особенностях личности митрополита Агафангела – в качестве издателя и редактора – следует учесть и то, где находится его резиденция, в каком информационном поле он живет. Его заявления о нейтралитете не выдерживают никакой критики. В киевских властях он видит своих защитников от МП, агенты которой, по его словам, окружают его повсеместно.
Митрополит заявил об этом за закрытыми дверьми чрезвычайного Архиерейского собора, который состоялся в ноябре 2014 года, где речь снова зашла о разрушительной деятельности ИС.:
«Я знаю, что если сюда придет Новороссия, нас тут уничтожат на 100%.»
И далее:
«Так что, мне молиться за Новороссию? Естественно, мы просили, чтоб эти супостаты сюда не дошли. Джон Хербст, как человек компетентный в этих делах, предупредил меня, что Одесса может быть захвачена. Может, придется призывать к защите наших святынь».
И наконец:
«По крайней мере, правительство Украины дает нам жить и развиваться».

Жизнь на Украине, связь с интересами ее нынешнего правительства, которое трудно назвать выразителем интересов русской части населения страны, и дала себя знать в тех публикациях на ИС, которые так возмущают российских зарубежников.
Скорее всего отношение митрополита Агафангела к российско-украинскому конфликту было бы другим, если бы он, как и полагается Митрополиту Нью-Йоркскому и Восточно-Американскому, жил в Нью-Йорке, как жили его предшественники. Но он Америку, кажется, не любит, поэтому надолго здесь не задерживается. Америка отвечает ему взаимностью. 

Этот доклад я хотел бы завершить так: вырастить  профессионального редактора или блоггера можно, как можно подготовить специалиста любой другой специальности, но работу эту надо начинать с воспитания в будущем профессионале человека честного и совестливого. Святые каноны и служебные инструкции создаются для людей добропорядочных, человек лукавый всегда найдет лазейку, чтобы обойти их.
К сожалению, в нашем земном мире зло неизбывно и часто живет рядом с нами. Наша задача христиан следить по мере сил за тем, чтобы от этого зла отстраняться самим и оберегать тех, кого мы любим.

Дополнение к докладу
В своем докладе о деятельности церковной прессы и в частности веб-сайта «Интернет-Собор» я сообщил, что церковный совет Свято-Троицкого прихода, а затем Комиссия по подготовке Шестого Всезарубежного Собора обратились к о. Владимиру Петренко с просьбой ответить на вопрос: действительно ли я (Вадим Ярмолинец) угрожал его жизни, из-за чего был отлучен от Святого Причастия митр. Агафангелом. Этот доклад был зачитан делегатам Собора 11 января 2017 года в день открытия Собора. В нем сказано, что о. Владимир на эти запросы не ответил. А вечером того же дня секретарь Предсоборной комиссии о. Андрей Эрастов получил ответ на свой запрос от о. Владимира. Вот он:
«Дорогой о Господе о. Андрей!
Отвечая на Ваше письмо насчёт угрозы моей жизнью В. Ярмолинцем, могу сказать что по моему пониманию и для тех которые об этом случае узнали это действительно было. Расскажу Вам вкратце чтобы Вы поняли как это случилось. Я должен был приехать в Асторию в день Престольного Праздника, на Троицу. Здесь В. Ярмолинец начал меня уговаривать не приезжать. Я настаивал что все равно приеду, так как у меня было на это благословения. Он тогда сказал что было сделано "order of protection" на меня и митрополита. Когда я все таки настоял чтобы приехать, то его слова были: " я не могу ручаться за Вашу физическую безопасность если Вы сюда в этот день появитесь". Не знаю как Вы, о. Андрей протолковали бы  такую угрозу, но для меня и для всех которые об этом узнали было очень ясно что товарищ Ярмолинец имел ввиду.
С любовью во Христе!
О. Владимир
Rev. Vladimir» 

Менять что-либо в докладе было поздно, но сообщить о письме и прокомментировать его необходимо.
То что о. Владимир не ответил на запрос церковно-приходского совета, направленный ему 20 июня 2016 года, а на запрос предсоборной комиссии, направленный ему в конце ноября 2016 года, ответил через полтора месяца и именно в день открытия Собора, не может не вызывать удивления: почему с таким опозданием и почему именно в этот день?
И если митрополит, как он утверждает, был всегда готов к диалогу и примирению, то почему не разобрался в этом деле в июне 2016 года, когда еще была надежда исправить ситуацию?
Как быть сейчас?
Ни перед Высшим судом, ни перед мирским – нет более или менее значительных свидетелей, – все равны. Поэтому в ситуации, когда показания одного свидетеля противоречат показаниям другого, выяснить, кто из двух говорит правду – сложно. Особенно если записи телефонного разговора нет. Возможно тут следовало бы привлечь для разбирательства косвенные улики. Как например: личные интересы сторон; неимоверные усилия м. Ирины добиться этого телефонного разговора сперва со старостой, а потом со мной, хотя все вопросы были уже выяснены в устной и в письменной форме; интерес м. Ирины в переезде о. Владимира в Асторию; интерес митрополита в удалении из приходского совета своих оппонентов и, наконец, совершенно спокойное появление о. Владимира в Свято-Троицком храме после престольного праздника.
Все это дает повод для разбирательства. Но у митрополита, как мы знаем, нет суда. Что позволяет по-прежнему считать его прещение бессудным и безнравственным, предпринятым исключительно для дискредитации оппонента, удаления его из Совета и в конечном итоге – подчинении себе Свято-Троицкого прихода.
Сегодня проводить это разбирательство поздно. Мы находимся в разных юрисдикциях, и я говорю об этом с чувством глубочайшего облегчения. Бог вам судья, отец Владимир.
  
Член Предсоборной комиссии
Вадим Ярмолинец